Дейнеко Федор Степанович

Дейнеко Федор Степанович

… Немцы опомнились и дали очереди из автоматов, но на подъёме нельзя было остановить машину и это тоже помогло отчаянному и везучему Федору Степановичу, во истину «родился в рубашке»…

Дейнеко Федор Степанович
Дейнеко Федор Степанович 15.02.1918 — 26.02.2004

Мой отец, Фёдор Степанович Дейнеко, родился 15 февраля 1918 года на хуторе Сладком, Лабинского района, Краснодарского края [1]. Кроме него в семье родились: Василий Степанович, Анна Степановна и Нина Степановна.

С 1927 по 1932 годы он учился в Сладковской школе первой ступени (сейчас начальная), затем продолжил обучение в Вознесенской школе и окончил ее в 1937 (?) году.

16 августа 1935 году, работал возницей на лошади и, когда возил брёвна, получил тяжёлую травму левого глаза. Глаз был удалён, а чтобы глазница не была пустой местный врач, со слов отца (не понятно как ему это удалось) поставил отцу бараний глаз и он прижился. Конечно, он им не видел, но внешне выглядел не плохо, хотя несколько отличался по цвету.

В 1937 году Фёдор Степанович поступил в Армавирскую школу мясной промышленности (ФЗУ) и окончил ее в августе 1938г.

Школа ФЗУ считалась средним профессиональным техническим училищем и Фёдор Степанович получил специальность беконщик 4 разряда.

Потом он поступил на работу в армавирский мясокомбинат. Работая, участвовал в спортивных соревнованиях, сдал все нормы организации «Красного креста», получил удостоверение и значок «ГОТОВ К САНИТАРНОЙ ОБОРОНЕ» 1 степени.

20 марта 1938г уволился и приехал домой в Сладкий. У него здесь была девушка, которой местный участковый не давал прохода. И вот однажды после танцев мой отец и этот участковый  встретились на «узкой дорожке» и выясняли отношения. Дело дошло до того, что участковый стал хвататься за табельное оружие, но Федор Степанович вырвал из рук пистолет и закинул его в высокую траву. Не найдя пистолет, участковый ушёл домой, а на следующий день пришёл со своим отцом в дом родителей Фёдора Степановича и стал упрашивать его помочь найти табельное оружие, пообещав не придавать ссоре огласку. Но когда пистолет был найден, участковый слово своё не сдержал и на следующий день Федора Степановича арестовали и по приговору он провел в заключении 2 года в Архангельской обл. С его слов, они строили там взлетно-посадочные полосы для военных аэродромов.

Он был освобожден в ноябре 1941 года. Уже шла война. Федор Степанович был призван в действующую армию ополченцем, т.к. был уже инвалидом по зрению. Перед тем как уйти на фронт, Федор Степанович успел жениться на Хохловой Валентине Григорьевне. Она была эвакуирована из блокадного Ленинграда и поселена в семью Дейнеко Степана Степановича.

Письмо Федора Степановича его супруге перед уходом на войну. Досвиданья Досвиданья Не обижайся крошка моя. На долгую и добрую память любимой супруге Валентине Григорьевне Хохловой от её друга задушевного Фёдора Степановича Дейнеко, рождения 1918 года 15/2- в х. Сладком колхозе им. 18 парт. съезда ВКП(б) Досвиданья милая Валичка Желаю тебе наилучшего счастья в жизни и не обижайся что нас судьба война разлучила а я Валичка ухожу. Целую тебя 1000 раз милая крошка.

Попал он в 99-й кавалерийский полк, затем был переведён в строительную колонну, которая базировалась в г.Тихорецк. Там они строили ангары, казармы для прибывающих войск из Ирана (советские войска стояли там по договорённости правительств).

И вот там была такая история. Когда подходил поезд с нашими солдатами идущими на фронт или с раненными с фронта, то сразу же появлялись фашистские бомбардировщики. После бомбёжек приходилось хоронить убитых, собирать по кусочкам растерзанные тела, доставлять раненных в госпиталь. Как-то Федор Степанович увидел человека в телефонной будке, который работал с радиостанцией и сообщил об этом лейтенанту Морозову (имя отчество утрачено). Лейтенант попросил Федора Степанович помочь задержать этого человека: «Ты его отвлеки, а я его схвачу…». Лейтенант Морозов и Фёдор Степанович повязали его и посадили в подвал. Предателем оказался начальник станции (немец по происхождению), он сообщал фашистам о прибытии на станцию эшелонов по радиостанции. Сообщив куда следует, стали ждать распоряжения, что с ним делать. А в это время фашист попёр, надо было отступать и лейтенант принял решение расстрелять предателя и приказал Федору Степановичу выполнить приказ…

При очередной бомбёжке Федор Степанович получил лёгкое ранение в область лопатки и тоже попал в госпиталь. Когда немец стал наступать, а Федор Степанович был в госпитале, лейтенант пришёл в госпиталь и спросил его, с кем он будет отступать, с госпиталем или со своей колонной. Федор Степанович сказал, что с колонной. Когда они уже эвакуировались поездом, фашисты взорвали рельсы перед эшелоном и все стали прыгать. Федор Степанович с своим другом Иваном и лейтенантом Морозовым ехали на платформе и тоже прыгнули. Но лейтенант прыгнул неудачно и повредил позвоночник. Федор Степанович с Иваном решили спрятать раненного лейтенанта. Федор Степанович рассказывал: «Мы его оттянули от элеватора в третью хату, во второй нас не пустили. В третьей хате мы его и оставили Иван пошел домой и сказал где живет лейтенант, он также сказал чтобы я сходил к его жене, она найдет машину, чтобы отвези его домой». И Федор Степанович пошел. Когда он вышел на дорогу, по ней уже ехали немецко-фашистские войска. Одна из машин остановилась и немец позвал Федора Степановича и предложил подвезти его. Федор Степанович конечно испугался (так он сказал сам), но спорить не стал, попрощался мысленно со всеми и забрался в кузов к немецким солдатам и молил бога, чтобы они не догадались о его ранении. Когда подъехали к Тихорецкой они стали поворачивать направо в центр, а ему надо было в сторону аэродрома налево, он попросил остановить и спрыгнул из кузова, немцы громко загоготали и Федор Степанович подумал, вот сейчас автоматная очередь и конец…, но к удивлению они стали махать ему вслед. Он все-таки нашел жену лейтенанта, они нашли машину и привезли раненного лейтенанта домой.

В конце августа 1942 года Федор Степанович пришёл на свой хутор, здесь уже была немецкая власть, которую осуществляли полицаи из местных. Через несколько дней отца арестовали и увезли в станицу Вознесенскую, очевидно по доносу. Тюрьма была в полуподвальном помещении, а над ним располагалось гестапо (это здание сохранилось и по ныне, и после войны там была милиция). Федор Степанович тихо попросил полицая, которого ранее знал, отпустить его, но тот в ответ очень сильно ударил его прикладом. Тогда Федор Степанович потихоньку расшатал решётку на окне и позвал с собой ещё одного знакомого, но тот отказался. А Федор Степанович ночью сбежал, поставив решётку на место. Дома полицаям сказал, что его отпустили, но тогда его отправили в горы на заготовку леса. В кузове грузовой машины он сидел крайним у заднего борта, напротив сидел немец с автоматом. Когда въехали в горы и начался лес и кустарник, а немец задремал, Федор Степанович показал немцу, который сидел впереди, сначала на себя, а затем на лес, мол я туда. Немец молча кивнул. Федор Степанович долго не думая на ходу спрыгнул и побежал в лес, в кустах упал на землю. Немцы опомнились и дали очереди из автоматов, но на подъёме нельзя было остановить машину и это тоже помогло отчаянному и везучему Федору Степановичу, во истину «родился в рубашке». Где он скрывался не известно, он что-то говорил о партизанах, но к ним не попал. Немцы из Лабинского района ушли в начале января 1943 года.

Вот тогда Федор Степанович вернулся в родной колхоз и стал работать. В 1944 году его направили в Армавирскую школу механизаторов и по март 1945 года он прошёл курс обучения.

Поступил на работу в Упорнинскую МТС (машино-тракторная станция). За время войны колхозы были разрушены, тракторы и автомашины какие на фронте, а что осталось немцы порушили.

Поэтому одна станция обслуживала несколько колхозов и нашего отца мы видели очень редко. Помню наши встречи, когда он появлялся и взяв нас с Юриком на руки поочерёдно подкидывал вверх. Это было счастьем. А от него пахло потом и соляркой. Мама хлопотала. Грела воду для мытья и собирала на стол. Жаль, что это было редко. Начальство конечно старалось посылать не слишком далеко своих механизаторов, но рабочий день колхозе был от зари и до зари. Ночевать приходилось и в поле. Зимой было по свободней.

Ещё был такой случай. Летом 1945 года отец работал на току (это место где сушат уже убранное с поля зерно). А на полях хлеб косили косами или серпами, т.к. тракторов не было совсем или их было мало. На току снопы сушили, обмолачивали, просеивали. На току стоял один неходовой трактор, который приспособили для вращения ременной передачи и он вращал механизм веялок, молотилок. За работой этого процесса следил Федор Степанович, а остальную работу выполняли женщины, старики и подростки, они подавали снопы и откидывали уже готовое зерно, затаривали в мешки. И вот как-то после обеда в самую жару вся механика перегрелась от работы и жары и встала. Пришлось заглушить мотор трактора и как на грех приезжает инструктор райкома и подняла крик. Федор Степанович объяснил причину остановки работы, но она не стала слушать, а объявила саботаж, отвела отца в сторону и пригрозила за повтор расстрелять по закону военного времени.

Возможно, такая строгость и помогала в войну, но я думаю, она должна была быть в разумных приделах!!!

В МТС Фёдор Степанович работал до января 1959 года, к этому времени подросла послевоенная молодёжь, которая заменила погибших на войне и ушедших в небытие стариков. Пришло время перейти на легкую работу по здоровью и Федора Степановича перевели в колхозную строительную бригаду и там он трудился до пенсии плотником.

Федор Степанович Дейнеко хутор сладкий
Федор Степанович со своим правнуком Алексеем Дейнеко. Лето 1999г.

На пенсию ушёл в 60 лет в 1978 году. Занимался своим огородом, своей усадьбой. Валентина Григорьевна тяжело болела и за ней надо было ухаживать.

Валентина Григорьевна и Федор Степанович похоронены на кладбище хутора Сладкого.


  1. Сладковское сельское поселение: официальный сайт

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *